Ирис дымный, ирис нежный, благовония струя...

Прекрасный цветок Ирис радует взгляд своей красотой. Но красота не вечна, и Ирис тоже быстро вянет, и остается лишь память о нем ... Как прекрасен цветок утром ранним Словно солнца в нем первый привет. Только кажется мне очень странным, Что со мною тебя рядом нет. Припев: Ирис так недолговечен, Жаль, что красота умрет. Он с природою обвенчан, Только он меня поймет.

«Грустный клоун» Леонид Енгибаров

Шут был вор: он воровал минуты — Грустные минуты, тут и там, — Грим, парик, другие атрибуты Этот шут дарил другим шутам. В светлом цирке между номерами Незаметно, тихо, налегке Появлялся клоун между нами Иногда в дурацком колпаке. Зритель наш шутами избалован — Жаждет смеха он, тряхнув мошной, И кричит: “Да разве это клоун! Если клоун — должен быть смешной!” Вот и мы… Пока мы вслух ворчали: “Вышел на арену, так смеши!” — Он у нас тем временем печали Вынимал тихонько из души. Мы опять в сомненье — век двадцатый: Цирк у нас, конечно, мировой, — Клоун, правда, слишком мрачноватый — Невеселый клоун, не живой. Ну а он, как будто в воду канув, Вдруг при свете, нагло, в две руки Крал тоску из внутренних карманов Наших душ, одетых в пиджаки. Мы потом смеялись обалдело, Хлопали, ладони раздробя. Он смешного ничего не делал — Горе наше брал он на себя. Только — балагуря, тараторя, — Все грустнее становился мим: Потому что груз чужого горя По привычке он считал своим. Тяжелы печали, ощутимы — Шут сгибался в световом кольце, — Делались все горше пантомимы, И морщины глубже на лице. Но тревоги наши и невзгоды Он горстями выгребал из нас — Будто обезболивал нам роды, — А себе — защиты не припас. Мы теперь без боли хохотали, Весело по нашим временам: Ах, как нас прекрасно обокрали — Взяли то, что так мешало нам! Время! И, разбив себе колени, Уходил он, думая свое. Рыжий воцарился на арене, Да и за пределами ее. Злое наше вынес добрый гений За кулисы — вот нам и смешно. Вдруг — весь рой украденных мгновений В нем сосредоточился в одно. В сотнях тысяч ламп погасли свечи. Барабана дробь — и тишина… Слишком много он взвалил на плечи Нашего — и сломана спина. Зрители — и люди между ними — Думали: вот пьяница упал… Шут в своей последней пантомиме Заигрался — и переиграл. Он застыл — не где-то, не за морем — Возле нас, как бы прилег, устав, — Первый клоун захлебнулся горем, Просто сил своих не рассчитав. Я шагал вперед неукротимо, Но успев склониться перед ним. Этот трюк — уже не пантомима: Смерть была — царица пантомим! Этот вор, с коленей срезав путы, По ночам не угонял коней. Умер шут. Он воровал минуты — Грустные минуты у людей. Многие из нас бахвальства ради Не давались: проживем и так! Шут тогда подкрадывался сзади Тихо и бесшумно — на руках… Сгинул, канул он — как ветер сдунул! Или это шутка чудака?.. Только я колпак ему — придумал, — Этот клоун был без колпака.                                      В.Высоцкий 15 марта 1935 года родился  Леонид Георгиевич Енгибаров —  клоун-мим, вошедший в историю циркового искусства как создатель нового амплуа –  «грустный клоун», писатель.  Он писал прозу, которая публиковалась  в центральных журналах.  Выступал на эстраде с пантомимами.  «Гений пантомимы» — так называл великого мима Марсель Марсо.

Прощеное воскресение: Не отврати лица Твоего от отрока Твоего...

Просить прощение перед началом Великого поста одна из самых древних традиций. В этот день все православные просят друг у друга прощение за все обиды — вольные и невольные. Священнослужители говорят, что древнейшей церковной традиции положил начало Иисус Христос со словами, звучащими в Евангелии от Матфея: "Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших" (Мф. 6:14-15).

С праздником, милые дамы!

Среди разных чудес, что пленят и манят,   Свет далекой звезды или вечность седых пирамид,   Есть одно, на котором всегда остановится взгляд,   Это — женщина, в ней природа все тайны хранит. Несмотря на засилие боли и зла,   Чудо-женщина в доме тепло сберегла.   В жизнь обычную краски и звуки внесла,   В лихолетье быть королевой смогла.   Пусть же вас окружает людское добро,   Восхищенье мужчин, рук надежных тепло.   Пусть стихи и признанья звучат вновь и вновь,   Пусть почаще вам близкие дарят любовь!                                                  Валентин Серых

Масленица пришла!

Пришла к желудкам всем блаженная их доля, В лепешках, в пряженцах, в блинах, в оладьях — воля!.. На рыле маслицо, на лбу и на руках, Едят по улицам, едят во всех домах...                                                        «Сатирический Вестник» за 1790 год   Масленица — древний славянский праздник с многочисленными обычаями, через века дошедший до наших дней. Масленица, открывающая сырную неделю, — это веселые проводы зимы, озаренные радостным ожиданием близкого тепла, весеннего обновления природы. Даже блины, непременный атрибут масленицы, имели ритуальное значение: круглые, румяные, горячие, они являли собой символ солнца, которое все ярче разгоралось, удлиняя дни.  Возможно, блины были и частью поминального обряда, так как суббота перед масленицей почиталась как «родительский день» — славяне поклонялись душам усопших предков. На каждый день масленой недели существовали определенные обряды.

Календарь событий: Н.А.Обухова

Советуем прочесть: Э.Т.А.Гофман.Житейские воззрения Кота Мурра

Читать книгу